Почему автократии кажутся нерушимыми — а потом рушатся за один день? Исторический разбор на примерах Российской империи и СССР

Мировая система безопасности, сложившаяся после Второй мировой войны, стремительно разрушается. Лидеры крупнейших государств совершают роковые стратегические просчеты, а международные нормы уступают место праву силы. Известный историк и специалист по международным отношениям, профессор Сара Пейн предупреждает: если текущий тренд не переломить, мир рискует оказаться в состоянии масштабного глобального конфликта. Опираясь на исторический анализ, Сара Пейн объясняет, как устроена механика современных войн, почему автократии совершают фатальные ошибки и почему концепция «территории смерти» не оставляет шансов на быстрый мир.

Морской порядок против континентального: за что воюют империи?

Чтобы понять причину сегодняшней нестабильности, Сара Пейн предлагает разделить мировые державы на два типа — континентальные and морские.

• Континентальный подход рассматривает землю и территории как главную валюту силы. Державы этого типа (исторически — сухопутные империи, такие как царская или советская Россия) стремятся расширять границы и отнимать ресурсы у соседей. В процессе захвата территорий они «сжигают» собственное богатство.
• Морской подход возник в эпоху промышленной революции и базируется на свободе торговли, универсальных правилах и институтах. В рамках правила-ориентированного порядка (rules-based order) богатство не отнимается силовым путем, а приумножается за счет торговли, инвестиций и финансовых систем.

«Континенталисты смотрят на мир в диапазоне 360 градусов вокруг своих границ и хотят непрерывно продвигаться вперед. Но захват чужих территорий не создает развитой экономики. У царской России и СССР была огромная территория, но не было жизнеспособной экономической модели для ее развития, кроме экспорта сырья». — Сара Пейн

По мнению Пейн, современные автократии пытаются силой вернуть мир к эпохе сфер влияния и континентальных империй, разрушая правила, которые обеспечивали глобальное процветание.

Главная задача государства — предотвращать катастрофы (негативные цели)

В теории международных отношений и государственного управления существует различие между позитивными and негативными целями.

• Позитивная цель — это конкретное видимое действие (например, захватить город или снять лидерство другого государства).
• Негативная цель — это предотвращение бедствия (не допустить иностранного вторжения, не дать обрушиться мостам, предотвратить эпидемию или предотвратить мировую войну).

Проблема в том, что за предотвращенные катастрофы правители практически никогда не получают признания от общества. Если мировая война не началась, граждане воспринимают это как должную норму.

«Это похоже на заботу о ребенке: сколько раз за день, гуляя по улице, вы спасаете ему жизнь просто тем, что держите за руку? Вы не можете математически доказать количество предотвращенных аварий. Но удерживать мир от катастрофы — это ключевая задача дипломатии и института сдерживания». — Сара Пейн

Когда лидеры забывают о важности «негативных целей» и начинают преследовать агрессивные позитивные задачи, система сдерживания рушится.

Pivotal error: почему некоторые ошибки нельзя исправить

Одно из центральных понятий в анализе Сары Пейн — «поворотная ошибка» (pivotal error). Это стратегическое решение, после принятия которого все предыдущие (более выгодные) варианты действий исчезают навсегда.

Решение Владимира Путина начать полномасштабное вторжение в Украину в 2022 году стало классическим примером такой ошибки. До 2022 года Кремль мог годами безнаказанно дестабилизировать Украину, удерживая Крым и Донбасс. Однако масштабная война привела к сожжению советских арсеналов, формированию монолитной украинской национальной идентичности и полной изоляции России от западных рынков.

«Как только вы совершаете поворотную ошибку, вы никогда не вернете назад прежний выбор. Россия спалила свои холодные запасы оружия. Вместо легкого давления Кремль получил затяжную войну истощения, подрывающую демографию и экономику страны». — Сара Пейн

Аналогичные фатальные последствия вызывают и другие необдуманные конфликты. Провоцирование неконтролируемых войн разрушает международные альянсы и стимулирует ядерную пролиферацию: государства видят, что международные гарантии безопасности не работают, и делают вывод: «Если у вас нет ядерного оружия, вы под ударом».

«Территория смерти»: почему войны с неограниченными целями затягиваются навсегда

Почему конфликты не удается быстро остановить дипломатическим путем? Пейн объясняет это через разницу между ограниченными and неограниченными целями войны.

Если цель войны ограничена (например, спор о небольшой приграничной территории), стороны могут договориться. Но если агрессор ставит неограниченные цели — полное уничтожение государственности, смену режима или уничтожение национальной культуры, — он загоняет противника на «территорию смерти» (death ground).

«Оказываясь на “территории смерти”, у людей не остается выбора: если они перестанут драться, их просто уничтожат. Это превращает даже не самую сильную армию в отчаянного и смертоносного противника. Когда перед народом стоит угроза физического или культурного уничтожения, компромисс становится невозможным». — Сара Пейн

Именно поэтому ожидания, что одна из сторон «просто сдастся», не оправдываются: на «территории смерти» стороны готовы воевать до последнего ресурса.

Почему автократии выглядят нерушимыми — до самого момента краха

Многие наблюдатели указывают на то, что авторитарные режимы способны долго выдерживать экономическое давление и вести затяжные войны. Однако Пейн напоминает о ключевом уязвимом месте всех диктатур.

В отличие от демократий, где сменяемость власти происходит через выборы без угрозы жизни для проигравших, у диктаторов отсутствует безопасный механизм ухода на пенсию. Из-за отсутствия независимых институтов и свободных СМИ вся система держится на персоналистском контроле и страхе.

«Диктатуры всегда кажутся вечными и нерушимыми — вплоть до того самого дня, когда они внезапно рассыпаются. Так было с Николаем II после неудачной Русско-японской войны и провала логистики, так произошло и с Советским Союзом. Когда система строится на тотальной лжи и фальсификации отчетности, вертикаль власти теряет связь с реальностью и рушится в один момент». — Сара Пейн

После ухода или гибели авторитарного правителя страна, не имеющая институтов передачи власти, рискует погрузиться в многолетний хаос и внутреннюю грызню за наследство.

Что ждет систему международной безопасности?

Главный вывод Сары Пейн заключается в том, что старый международный порядок больше не работает в прежнем виде, а США и крупные державы теряют роль безусловных арбитров.

В этих условиях ключевую роль начинают играть «средние державы» (middle powers) — такие страны, как Канада, государства Скандинавии, Балтии и другие демократические региональные объединения. Они вынуждены в ускоренном темпе выстраивать новые локальные структуры безопасности, кооперироваться и вооружаться, чтобы не стать жертвами затяжного глобального хаоса.