Историк моды Александр Васильев дал интервью израильскому ютуб-каналу «Тель-Авидение». В нем он обсудил, почему мужчины все чаще выбирают жемчуг и кружево, стоит ли за этим реальная свобода самовыражения и почему «тотальный унисекс» может закончиться быстрее, чем мы думаем. «Doberman Media» пересказал основные тезисы этого разговора.
Содержание
Почему мужские юбки обсуждают именно сейчас?
То, что еще недавно считалось эпатажем — прозрачные ткани, укороченные жакеты и мужской жемчуг, — становится частью подиумной реальности. Однако Васильев считает, что нынешний всплеск интереса к квир-культуре среди молодежи — это во многом диктат политики и маркетинга. По его мнению, тренд на размытие границ между полами может быть связан с глобальной повесткой сокращения населения и популярностью философии childfree. Историк моды полагает, что это «вопрос двух сезонов», а барьером для окончательного перехода к унисексу станут мировые военные конфликты.
Но ведь мужчины носили юбки веками. В чем разница?
Васильев напоминает, что мужское платье — это не новость для истории или восточных культур.
- На Востоке: Арабская голобея или индонезийский саронг воспринимаются как абсолютно мужская одежда и не считываются как принадлежность к квир-культуре.
- В Европе: Шотландские килты и юбки греческих гвардейцев — это традиция, которая никого не смущает.
Проблема «асимметрии» (почему женщине в брюках — ок, а мужчине в юбке — нет) заключается в комфорте и безопасности. Брюки банально удобнее для вождения автомобиля, а юбка на мужчине в современном западном обществе до сих пор воспринимается как «призыв» к флирту или даже фетишизм.
Правда ли, что моду создают только геи?
Васильев утверждает, что 90% дизайнеров в мире — геи, и это накладывает свой отпечаток на индустрию. По его словам, у дизайнеров есть свой интерес к отбору моделей и «примерочкам на манекенах». Кроме того, представители квир-сообщества традиционно тратят на одежду больше денег, чем гетеросексуальные мужчины, которые могут годами ходить в одной «тельняшке или рубашке в клетку». Поэтому бренды сознательно заманивают аудиторию сложным декором и кружевом.
Как сам Васильев относится к переодеванию в женскую одежду?
Александр Васильев подчеркивает свою приверженность традиционному мужскому гардеробу. Он утверждает, что у него нет женских вещей и он никогда не заходит в отделы женской одежды.
Слухи о ношении женского белья он отметает прагматично: «такого размера просто не делают». Интерес мужчин к панталонам с кружевом или корсетам он называет «типичным фетишизмом», от которого сам бесконечно далек.
Что будет дальше?
Васильев уверен, что мы живем в эпоху «распада семейственности» и прощания со старыми европейскими ценностями. Мода, будучи «ветреницей», всегда строится на саморазрушении: чтобы продать новое, нужно объявить старое нестильным. Сейчас главным триггером стал гендер.
Тем не менее, массовая мода (вроде сети Zara) остается довольно консервативной и не спешит заполнять мужские отделы «выкрутасами», предпочитая безопасный оверсайз, который помогает скрывать недостатки фигуры.
Интервью было записано в имении Васильева во Франции специально для проекта Александра Архангельского и канала «Шекин 40».
0 комментариев
Введите email — мы пришлём одноразовый код. Без паролей и аккаунтов.
Код отправлен на
Если письмо не появилось во «Входящих» в течение нескольких минут, проверь папку «Спам», «Нежелательная почта» или «Промоакции», так как некоторые почтовые сервисы могут ошибочно помещать туда автоматические сообщения