Контекст. Движение за видимость асексуальности относительно молодое. Крупнейшая организация — Asexual Visibility and Education Network (AVEN) — была основана в 2001 году Дэвидом Джеем в США. Именно AVEN стала платформой для сообщества и популяризации термина. По исследованиям, асексуалы составляют около 1% населения. Например, британское национальное исследование 2004 года показало примерно 1% людей без сексуального влечения. Среди молодёжи и ЛГБТК+ сообщества этот процент может быть выше (до 10% в некоторых опросах среди ЛГБТК-молодёжи).
Когда мы говорим «как можно жить без секса?», мы часто отрицаем возможность асексуальности как естественной ориентации. Но она существует, как и другие вариации человеческой сексуальности.
Сижу я, значит, в Hornet. Ничего нового — листаю анкеты, кто кого ищет и зачем. И натыкаюсь на объявление: парень ищет парня, сразу пометка — без проникновения. Возраст — 22 года.
И вроде бы Hornet для этого и создавался, но у меня внутри щёлкнуло. Потому что я уже давно у себя в канале пишу одну и ту же мысль: молодое поколение осознанно отказывается от секса. Не потому что «не дают», не потому что травмы (хотя бывает), а просто… не хотят.
И я решил — а давай поговорю с таким человеком напрямую.
Кто он
Откликнулся один парень.
22 года. Москва.
Он уже два года не занимается сексом. Не потому что не может. Предложения есть. Люди пишут, зовут, хотят.
Просто у него нет сексуального влечения к людям.
Он воспринимает человека как личность — со всеми плюсами, минусами, тараканами. Может общаться, дружить, строить близость. Но вот сексуального желания — ноль.
Сексуальный опыт у него был. Один раз, два года назад.
И он честно сказал: “Не могу сказать, что не понравилось, но того кайфа, про который все говорят, я не почувствовал вообще”
Типа… “ну ок, было и было”
Отношения без секса
Самое интересное — сейчас он строит отношения с другим парнем. И этот парень принимает его асексуальность.
И тут у меня возникает логичный, неприятный, но честный вопрос: “А как ты относишься к тому, что твой партнёр может ходить налево?”
Ответ меня, честно, удивил. Для него это не измена.
Он спокойно относится к тому, что для другого человека секс — это физическая потребность.
Типа:
«Если ему нужно — пусть пойдёт, удовлетворит себя, вернётся домой. Я понимаю, что со мной он этого не получит».
При этом — внимание — он очень романтичный. Обниматься любит, нежность любит. Близость, заботу, совместную жизнь — пожалуйста.
Все «отношения полного цикла» — да. Кроме секса.
И тут я полез в голову шире. После этого разговора я задумался: а почему мы так агрессивно реагируем на мысль, что можно не хотеть секса?
Мы спокойно принимаем, что человек может быть геем, би, пансексуалом. Но когда речь заходит об асексуальности, начинается:
«Да ладно, не пизди», «Ты просто не пробовал», «Найди нормального мужика».
А по факту — асексуальность такая же ориентация. Не болезнь. Не травма. Не «передумаешь». Ты либо чувствуешь сексуальное влечение, либо нет. Как с ориентацией вообще.
Но есть важное различие
И вот тут момент, где многие путаются.
Есть асексуалы — люди, которые изначально не испытывают сексуального влечения. А есть антисексуалы — это уже сознательный выбор.
Отказ от секса по идеологическим, философским, личным причинам. И это может быть кто угодно — геи, би, натуралы.
То есть:Асексуальность — это то, кем ты являешься. Антисексуальность — это то, что ты выбираешь. Не одно и то же. Совсем.
История этого 22-летнего парня — пример того, как асексуальность может гармонично вписываться в жизнь. Он не страдает от отсутствия секса, а ищет партнёра, который примет его таким, какой он есть. В обществе, где секс гипертрофирован, такие истории напоминают: счастье и близость возможны в разных формах. Главное — уважение к чужим границам и понимание разнообразия человеческих опытов.
Когда мы в очередной раз шутим в духе:
«Как это — не ебаться и не сосаться?» Мы на самом деле просто отказываемся принять, что мир шире, чем наш личный опыт. А он, сука, шире. И интереснее.
