Почему я выбираю грубую честность, или как я перестал быть “хорошим геем”

✦ Le matériel est publié dans l’édition de l’auteur. Les opinions, évaluations et conclusions exposées dans le texte appartiennent à l’auteur et ne peuvent pas coïncider avec la position du comité de rédaction de Doberman.media. Le comité de rédaction n’est pas responsable des interprétations, déclarations et conclusions de l’auteur.

Почему я перестал фильтровать слова и почему вам тоже пора. В комментариях мне стало прилетать одно и то же: «Почему ты такой злой? Почему столько мата? Где лучи добра и котики?»

Моя «злость» – это просто аллергия.

Моя злость – не характер. Это аллергия. Сильнейшая, хроническая аллергия на бесконечный рафинированный пиздёж, которым пропитано наше сообщество. Мы так глубоко заигрались в «бережность», «осознанность» и «безопасные пространства», что у нас вместо лиц – одинаковые пластиковые маски. Nous avons peur de péter dans la mauvaise tonalité, peur d’offenser, peur d’être nous-mêmes. Mais pas moi. Je ne veux pas peser chacun de mes mots de peur, Dieu nous en garde, de heurter l’âme sensible de quelqu’un. J’appelle un chat un chat : la merde, c’est de la merde. La stupidité, c’est de la stupidité. Si tu t’es tapé trente mecs en une semaine, inutile de jouer les vierges effarouchées. Si tu vis dans une bicoque louée et que tu bouffes des Doshirak, ne tourne pas de reels sur la « réussite réussie » et les « vibrations de l’abondance ». Je ne vais pas sourire quand j’ai envie d’envoyer quelqu’un se faire foutre. Ma liberté réside dans cette honnêteté brutale.

Des exemples concrets, pour que vous ne pensiez pas que je ne fais que râler

Приходишь на прайд – а там вместо музыки и секса три часа лекций про то, как ты, белый гей, «центрируешь свой опыт» и отнимаешь пространство. Один не тот флаг – и ты уже проблема. Половина нормальных ребят просто перестала ходить. Все кричат «моё тело – моё дело». А потом тот же человек пишет другому: «Ты переспал с двадцатью за месяц? Фу». Шлюхой быть можно, но только если правильно каешься. Au final, tous les gens normaux se réfugient dans des chats privés, où l’on peut simplement baiser sans avoir à subir de contrôle idéologique.

Hétéroflexible – le déni passe au niveau supérieur.

Alors là, c’est carrément un chef-d’œuvre современной ориентационной моды – гетерофлексиблы. Это когда парень в основном на тёлок дрочит, но иногда очень хочет, чтобы его отымели по полной. Раньше мы таких называли как то по другому вроде и стебали поколениями: «гетеро по жизни, а в жопе – королева». Классика. Сейчас? Сейчас это новая священная идентичность. Их приравнивают к меньшинству. Им нужно отдельное пространство, признание и чтобы все ходили на цыпочках: «Ой, он гетерофлексибл, у него сложная ориентация». Блядь, какая сложная ориентация? Это просто страх сказать маме правду. Вместо этого придумали красивое слово, чтобы остаться «почти нормальным» и ещё получить бонус угнетённого. Мы это проглатываем под соусом «инклюзивности», а на деле помогаем людям дальше прятаться от самих себя.

Comment nous faisons nous-mêmes fuir les sponsors.

Et voilà le résultat de tout ce cirque : la petite cause est devenue si toxique que les sponsors ont commencé à se retirer discrètement. Les marques qui, autrefois, coloraient joyeusement leurs logos aux couleurs de l’arc-en-ciel et distribuaient de l’argent prennent désormais peur. Parce qu’elles le savent : il suffit de donner du fric – une semaine plus tard, elles seront accusées de quelque chose, sommées de faire des déclarations sur tout et n’importe quoi et, si elles refusent d’obtempérer, elles subiront une exécution publique sur Twitter. Il est plus simple de ne pas s’en mêler du tout. L’argent va vers des projets plus neutres ou vers d’autres pays, où les gens se souviennent encore qu’une Gay Pride est une fête, pas un test de pureté idéologique. Nous nous sommes nous-mêmes rendus non rentables.

Я не говорю, что проблем нет. Они есть. Но когда вместо их решения мы занимаемся бесконечным делением на «более угнетённых» и пожираем своих – результат предсказуем.